Не будем больше приглашать его играть, Андре, или он, или я. Андре, не принимавшая горячего участия в игре и продолжавшая напевать песенку про Дивный Лес, которую в подражание ей, но без ее увлеченности, подхватила Розамунда, решила положить конец ворчанью Альбертины и, обращаясь ко мне, сказала Вам очень хотелось побывать в Кренье, а мы сейчас в двух шагах оттуда.
Пока эти сумасбродки беснуются так, как будто им по восемь лет, давайте я проведу вас туда прелестной тропинкой. Андре была со мной необычайно мила, и дорогой я поделился с ней своими мыслями о том, что мне нравится в Альбертине.
Андре сказала, что она тоже очень любит Альбертину и что Альбертина обворожительна, и все же мои восторги, как видно, не доставили ей удовольствия. Тропинка спускалась в низину, как вдруг меня взяло за сердце воспоминание детства, так что я невольно остановился по земле стлались зубчатые блестящие листья, и я узнал куст боярышника, увы отцветшего в конце весны.
Меня овеял воздух давних богородичных богослужений, воскресных дней, забытых верований и заблуждений. Мне хотелось вдохнуть в себя этот воздух.остановился, и Андре, обворожив меня своей догадливостью, предоставила мне возможность поговорить с листьями.спросил, как поживают цветы, цветы боярышника, похожие на жизнерадостных девушек, легкомысленных, кокетливых и богомольных.
Девушки давно уехали, ответили мне листья. И, быть может, они подумали, что хоть я и выдаю себя за их близкого друга, а об их образе жизни не имею понятия. Другто я друг, но такой, который уже сколько лет обещает прийти, а все не приходит. Между тем, подобно тому, как Жильберта была моей первой любовью среди девушек, так цветы боярышника были моей первой любовью среди цветов.
Да, я знаю, они уходят в середине июня, сказал я, но мне приятно посмотреть на то место, где они жили.Комбре они приходили ко мне в комнату их приводила моя мать, когда я был болен.потом я с ними встречался вечерами, по субботам, в месяц богородичных богослужений.
Вам бы шло, если б волосы у вас всегда чутьчуть свисали, чтобы быть поближе к Альбертине, сказал я ей на ухо. Тут кольцо перешло к ее соседу.бросился, резким движением разжал ему кулаки, выхватил кольцо, и тогда он стал на мое место в середине круга, а я занял его место рядом с Альбертиной.
За несколько минут до этого я завидовал молодому человеку, глядя, как его руки скользят по веревочке и все время встречаются с руками Альбертины. Теперь пришла моя очередь, но я от робости не стремился к этому прикосновению, от волнения не наслаждался им и только чувствовал, как трудовой колотится и как болит у меня сердце. На мгновенье Альбертина с хитрым видом повернулась ко мне своим полным и румяным лицом, давая понять, что кольцо у нее, и отвлекая мое внимание от веревочки, чтобы я не видел, где сейчас кольцо.сразу догадался, что многозначительные взгляды Альбертины это тоже уловка, и всетаки меня взволновал мелькнувший у нее в глазах образ, который она создала только в интересах игры, образ некоей тайны, сговора, которого на самом деле у нас с ней не было, но который я уже теперь считал возможным и который был бы мне необыкновенно приятен. Радостно возбужденный страхования-курсовая этой мыслью, я вдруг почувствовал, что рука Альбертины дотрагивается до моей, а ее палец, ластясь, подлезает под мой палец, и одновременно увидел, что она подмигивает мне, но так, чтобы другим это было незаметно.